+13.3 °C
То, что Яковлев был уникальным инспектором, рассмотрели в прошлый раз, но некоторые авторы делают его еще более «уникальным».
В интернете, в связи с деятельностью Яковлева, «болтается» число – более 400 открытых им школ. Где-то пишут «чувашских школ», где-то – «не только для чувашских, но и детей других народностей» (непонятно, ведь он был чувашским инспектором), а где-то пишут «И.Я. Яковлевым и его учениками в Поволжье и Приуралье было открыто более 400 чувашских школ».
А что значит «было открыто»? Сами брали и открывали? На свои средства? Или как? Вообще-то открытие школ было прямой должностной обязанностью окружного инспектора, коим и был Иван Яковлевич. Весь процесс открытия согласовывался с вышестоящим начальством, а деньги «стекались из разных источников», в том числе и сборы с крестьян, пожертвования от частных лиц, обществ и т.п. Министерство просвещения же выделяло деньги на зарплату учителям. Так сколько же школ было открыто окружным инспектором в силу своих служебных обязанностей (и несомненно личного стремления)?
В прошлой статье мы рассмотрели не совсем достоверные интерпретации фактов из жизни и деятельности Яковлева.
Вот еще, к примеру, один из самых «любимых» фактов исследователей-яковлеведов – как Ивана Яковлевича лишили должности инспектора чувашских школ. (Сам термин «яковлеведение» по своей непогрешимости смутно напоминает советский «марксизм-ленинизм»).
Вот только несколько примеров описаний этого «гнобления»:
стр. 143: Клеветнические выступления против Яковлева сделали свое дело… В 1903 году он неожиданно для себя получает отставку от должности инспектора чувашских школ.
стр. 42: Царские власти стремились ликвидировать чувашскую учительскую школу еще накануне первой русской революции…
стр. 34: В конце концов, в результате многочисленных нападок на Яковлева со стороны Министерства народного просвещения и Казанского учебного округа, в 1903 году была ликвидирована должность окружного инспектора чувашских школ…,
стр.
В прошлой статье был пассаж о завещании И.Я. Яковлева всему народу (точнее надо было бы написать «духовное завещание», так как завещание – это все-таки документ об распоряжении имуществом), также задан вопрос «у какого народа есть такое?».
Agabazar тут же предъявляет произведения «написанные в жанре завещания». И приводит примеры разных текстов, в том числе и фейки. Еще раз – речь идет о духовном завещании (наставлении, поучении, пожелании, назидании и т.п.) одного человека всему народу. Это не обращение к детям, однопартийцам, молодежи и не литературное произведение, а еще раз – своему народу (этносу), написанное более 100 лет назад. Это называется – «слышал звон, да не знает где он» или «информационный мусор». Вроде бы по теме, но совсем не по сути, вот такой информационной шелухи и просто придумок полно вокруг Яковлева. И не только вокруг Яковлева, а к примеру было и вокруг художника А.А. Кокеля, всю жизнь занимавшегося развитием изобразительного искусства Украины. Спасибо В. Макаревскому за смелость – книга «Алексей Кокель в паутине историографического мифа» – это честно.
(Онлайн-слово перед школьниками и студентами в Год педагога и наставника в России)
В год празднования 175-летия просветителя И.Я. Яковлева, в Год педагога и наставника не вспоминать и не рассуждать о великом Учителе чувашского народа никак нельзя.
«Обращаюсь к вам первым, друзья и родные мои чуваши. О вас болел я душой, к вам в этот час обращается мысль моя, и вам первым хочу сказать мои последние пожелания», — начал писать в далеком 1918 году в своем Завещании народу великий педагог, просветитель, основатель Симбирской чувашской учительской школы Иван Яковлевич Яковлев (1848, село Кошки-Новотимбаево Татарстана — 1930, Москва) и завершил в 1921 году, навсегда вынужденно покинув родную школу и любимый город. Это были горькие дни, и эту горечь наносили временщики местной власти и воители гражданской войны. С ними вместе грозились и печалили некоторые воспитанники своего же учебного заведения.
И раньше, и позже у Яковлева разных трудностей было предостаточно. Но он находил силы перебороть невзгоды.
| ИЮЛ | 12 |
В прошлый раз было о Ванечке , теперь о девочках…
Тема, которую хотелось бы затронуть может показаться мелкой и даже в чем-то неэтичной, но о человеке, который до сих пор оказывает сильнейшее воздействие на чувашей хотелось бы знать всё.
О чуваше, который, несомненно, знал себе цену и который имел смелость оставить свое завещание всему чувашскому народу, не детям, не семье – всему народу, от себя лично – всему народу! (Где-то внутри так и свербит мысль – не гордыня ли это?). Где, у какого народа есть такое? Вот об этом человеке хотелось бы знать всё.
Иван Яковлевич в своих воспоминаниях (книга «Моя жизнь, стр. 450-452) пишет:
«Я женился на Екатерине Алексеевне 26 сентября 1877 года, когда до узаконенных 16 лет ей не хватало нескольких дней…»
В те времена в России девушкам можно было вступать брак с 16 лет. Получается, что Яковлев женился, когда Кате фактически было 15. Она родилась 2 октября 1861 г. (все даты по старому стилю). Ему самому тогда было 29 лет.
«… на бракосочетание потребовалось через Н.
Продолжение статьи «Отец-призрак и «мечта идиота».
У Яковлева в книге «Моя жизнь» есть интересные воспоминания о его детстве, имеющие серьезное этнографическое значение. Но есть кой-какие моменты, о которых так и тянет сказать: «Не верю».
«В раннем детстве я был больным, хилым, тщедушным, малорослым, молчаливым ребенком, …».
Сколько прилагательных! А откуда Иван Яковлевич это знает? Неужели помнит? Как малолетние дети могут оценивать свое физическое состояние?
«…что, главным образом, зависело от дурного, недостаточного, не соответствовавшего детскому моему возрасту, питания в чувашской семье Пахомовых, меня как бы усыновивших».
О чувашской системе питания (именно системе!) нужно отдельно писать. Эта тема, на самом деле, очень актуальна.
Но фраза «чувашская семья» меня что-то покоробила, словно была у Ванечки еще и какая-то нечувашская семья. Да еще «как бы», разве как бы усыновили? Наверное, тогда в эти слова вкладывали другой смысл, не так как мы сейчас их понимаем.
Сначала необходимо все-таки разобраться с отрывком из статьи В.Б. Помелова. Ее просмотр на научном сайте составил более 1300 раз, а вдруг все они поверили тому, что написано?
Иван Яковлевич Яковлев родился 18 (30) апреля 1848 г.
Он родился 13 (25) апреля, в честь его дня рождения 25 апреля мы справляем «День чувашского языка».
в чувашской деревне Кошки-Новотимбаево Бурундуковской волости Буинского уезда Симбирской губернии (ныне Тетюшский район Республики Татарстан) в семье бедного крестьянина-чуваша.
Главой этой семьи был не мужчина, а женщина – мать Ивана, и никак не бедная, а наоборот, как писал о матери сам Яковлев: «Она в течении 8-летнего вдовства отлично правила домом, который был одним из первых домов моей деревни, как по зажиточности, так и по значению…». Не из простого, а зажиточного и уважаемого рода (по матери) был Иван Яковлевич.
Его мать скончалась на другой день после рождения сына, а отец умер еще до рождения.
Мать умерла на третий день после родов, с учетом того, что её старшему сыну к этому времени было 18 лет, ей было где-то около 40.
Портреты И.Я. Яковлева в разные годы его жизни
Продолжая предыдущую публикацию, всё-таки хочется еще раз напомнить – конечно интересно, что, оказывается, в 19 веке были дворяне из чувашей, но важно – они не отказались от чувашского языка, признавая его своим родным. (Как они стали дворянами? Agabazar в своих комментариях напутал основательно). Это их – чуваш-дворян личное достоинство и самоуважение. Жаль, что мы не знаем кто они, зато мы хорошо знаем о других знаменитых чувашах 18, 19 веков – Никита Бичурин, Петр Егоров, Спиридон Михайлов и другие. Весь прикол в том, что эти личности, – абсолютно продукт русской культуры (точнее российской культуры на основе русского языка). Что в них чувашского? Только происхождение, да, вырастили их родители-чуваши, да, владели чувашским и… – всё. Это не мешает нам почитать их – всё нормально, но их достижения – не чувашская культура. И когда мы гордимся, что чуваш стал ученым, архитектором, писателем, то мне кажется, что втайне (подсознательно) «радуемся», что и чуваши «оказывается» интеллектуально не хуже других народов.
| ИЮН | 02 |
К статье «Ваше превосходительство – незаконнорожденный инородец» есть комментарии, и часть из них, как нельзя лучше, иллюстрирует современное положение с образом И.Я. Яковлева.
Например, Agabazar приводит интересные сведения о Кайсаровых, связанных по своему происхождению с чувашами, и пишет, что Кайсаров Василий Семенович (1751–1820) – дворянин и несомненный чуваш. Какой дворянин? Да, Кайсаров-отец – чуваш (с большой долей вероятности), во всяком случае родился в чувашской деревне и учился в Казанской новокрещенной школе, предназначенной именно для инородцев. Служил чиновником и дослужился до чина 9 класса (всего чинов – 14, самый низкий – 14-й), скорее всего, был личным дворянином (не потомственным!). В те времена чиновники получали право на личное дворянство. Кстати, почувствуйте, что это – чиновник 9 класса – титулярный советник – именно им был Акакий Акакиевич из повести Гоголя «Шинель».
Тем не менее, чуваш Кайсаров – титулярный советник сумел купить имение в русской деревне Крестниково Цивильского уезда (ныне в составе д. Александровка Комсомольского района).
В Чувашской энциклопедии в т. №1 в статье «Дворянство» есть такие сведения: «В конце 19 века четверо чувашей получили потомственное дворянство (среди них И.Я. Яковлев)».
К сожалению, здесь – ошибочка вышла – в конце 19 века Яковлев не был потомственным дворянином, с 1878 г. он – личный дворянин. Это также дворянское звание, но более мелкого пошиба, не передававшееся по наследству.
А вот в 1904 году Яковлев получает чин 4 класса (действительный статский советник) и право на звание потомственного дворянина. Теперь к нему нужно было обращаться «Ваше превосходительство».
Скриншот из таблицы «Распределение населения по родному языку, сословиям и состояниям» из «Первой всеобщей переписи населения Российской империи, 1897 г.» т. XIV, Казанская губерния.
Скорее всего, авторы статьи использовали сведения из «Первой всеобщей переписи населения Российской империи», где есть сведения о родном языке и сословиях. По Казанской губернии упоминается один человек – потомственный дворянин, родной язык которого – чувашский.
